Голод

В последнее время я стал перечитывать кое-кого из великих мастеров рассказа — Мопассана, Моэма, Лондона, Чехова, Пола Боулза. Одни пишут скупым и незатейливым языком. Другие используют побольше слов. Одни поэтичны, другие нет. Одни пишут о чувственной стороне жизни, любви и ненависти, зле. Другие же словно скользят по поверхности мира, рассказывая свою историю с юмором, образно или увлечённо. Но, похоже, все они так или иначе являются мастерами неожиданной и чудесной концовки. Прочтите «Папу Симона» Мопассана или «Потерявшего лицо» Лондона. Или же сотню других. Кнут Гамсун написал целый роман о Голоде. Роман так и назывался «ГОЛОД». Я ни в коей мере не сравниваю себя с ними. Но я написал небольшой рассказ о голоде. Он еще полностью не закончен, у него еще нет соответствующей концовки. Вы, читатели, поможете мне придумать подходящий конец. Желательно разумный. А затем я изложу эту историю в книге. Сейчас десятый час утра, я сижу в своем кафе в Ужгороде. Ночью была гроза, сверкали молнии, шел небольшой дождь. Но сейчас, когда я пишу эти строки, яркое и прекрасное солнце пробивается сквозь тучи. Каждое утро я совершаю прогулку вокруг озера; каждое утро солнце пробивается сквозь тучи. И если когда-нибудь сердце мое закроется, значит, я просто мертв.

Жил-был один маль-
чик, который вырос
на очень бедной фер-
ме в Вирджинии, США. Земля была настолько бедной, что на ней практически ничего не произрастало. И, таким образом, временами этот мальчик недоедал. Он стал голодным. И, шестьдесят лет спустя, когда он уже был профессором университета, его жена по-прежнему готовила обеды, а дочери мыли посуду. Но пообедав, он сам выносил грязные тарелки на кухню. Это было его работой. А после ужина, даже если было человек шесть гостей, он съедал - или откладывал на завтра - ВСЮ еду, которая оставалась на тарелках. Шестьдесят лет спустя он был по-прежнему голоден. Как-то раз у себя на кухне в Калифорнии я шутки ради, плохой и достойной сожаления, притворился, что хочу отдать оставшуюся от обеда куриную ножку нашей собаке. Человек вскочил на ноги с криком: "О, БОЖЕ, НЕТ!" Шестьдесят лет спустя, все так же голоден.

Один из моих друзей в Стамбуле, человек средних лет, много занимался бизнесом с русскими и украинцами. В основном он торговал ковровыми изделиями, и, кроме того, одеждой и прочими вещами. Человек этот любил славян и говорил о них с теплотой, потому то, что он сказал, не должно восприниматься как что-то чудовищное. Он просто говорил о том, что было для него фактом: "Славяне чрезвычайно прагматичны. Поэтому я никогда не могу им полностью доверять и дела веду с ними очень осторожно. У них была тяжелая жизнь, многие из них изголодались - чистки, войны. Если сами они не голодали, то голодали их друзья. Поэтому я могу доверять только 5% из них. Но, если славянская женщина действительно любит вас, то она сделает ради вас все, что угодно. Если бы вы попросили, она убила бы ради вас. Если они действительно любят, из них получаются лучшие жены на свете". Этот человек знал, что я собирался жениться на украинке. И он заговорил о голоде.

Насколько мне известно, Светлана не голодала ни дня в своей жизни. Но голод бывает разный. (Может, мы купим на этой неделе мясо, или заплатим врачу, или за телефон…) Я перечислил Светлане 25000 долларов США на покупку в Ужгороде дома для нас. Один ужгородец, услышав об этом, сказал: "Больше он этих денег не увидит". Но это было предположением, только его предположением.

Когда я приехал в апреле, чтобы жениться на Светлане, я привез еще 5000 долларов США. Она взяла из них 3000 прямо у меня на глазах и убежала, смеясь. Чтобы вы поняли, я должен пойти в сторону ужгородского торгового центра и рассказать вам о кошке и золотой рыбке. Представьте себе такой дурацкий "фотоплакат", почти три фута в высоту. В правом нижнем углу, занимая только небольшую часть плаката, разместился крошечный котенок, свернувшийся в клубок на спине в аквариуме. Подняв лапки, он широко раскрытыми глазами в ужасе смотрит вверх, как будто оттуда на него опускается что-то загадочное. Смерть всего лишь на расстоянии краткого мгновения… Над котенком, в верхней трети плаката, сонно плавает большая и красивая золотая рыбка. Ее плавники, свободно распущенные и мягко опущенные книзу, развеваются, как роскошная драпировка на безоблачном небе, а рыба занимает собой все небо. Крупная и безмятежная, она плавает в небе прямо над ошарашенным котенком - но, само собой разумеется, плавает она в воде. Котенок же явно дышит воздухом. Отношения между котенком и золотой рыбкой совершенно алогичны и я ни за что не стал бы так прямо обращать на это внимание, если бы не необходимость с чего-то начать: вчера вечером Наталья сказала нам троим: "В славянском мире нет ничего логичного. Ты должен это понять. Здесь все нелогично".

Какое-то время после того, как мы впервые увидели этот плакат с кошкой и золотой рыбкой, и я, и Светлана воспринимали его как метафору для мужчины и женщины, которые принадлежат разным культурам. Мы плаваем в привычной среде нашей культуры. Мужчина или котенок, вне своего привычного окружения, - беспомощен. Женщина или рыба, плавает над ними двумя, доминируя, И НЕ СОЗНАВАЯ СВОЕГО ДОМИНИРОВАНИЯ. В то время, как я рассказываю эту историю, мы находимся в славянской Украине, а Светлана взяла на себя доминирование. Похоже, она и в самом деле не способна представить себе культурное соглашение, которого придерживались бы обе стороны. Она просто голодная рыба - и кормится, чем хочет. Если бы Светлана жила вместе со мной в Корваллисе, штат Орегон, она была бы котенком, а я - золотой рыбкой; и я подозреваю, что в Соединенных Штатах она чувствовала бы себя получше, чем тот котенок. Доказательства? Осенью 2000 года мы провели две недели в Турции и там, - в культурной среде, которая не была ни водой, ни воздухом - не было никаких проблем. Не было ни контроля, ни доминирования, она просто расслабилась.

Отлично! Теперь вам ясна картина? В Ужгороде, плавая в своем привычном кругу, она стала акулой. Светлана начала темнить, перестала придерживаться договоренностей и заявила права на 28000 долларов, как на свою собственность. Дела сейчас обстоят так, что я остался практически без средств и скоро уеду. Какого рода прагматизм заставляет воровать 3000 или 28000 долларов, если позже придет еще 100000? Это не прагматизм. Но это и нелогично (спасибо, Наталья). Я рискну сделать догадку, где кроется истинная причина происшедшего. Это - неверие. Это голод. Я понимаю это, когда вижу ту психологию лишения, тот способ мышления, которые вопят: "На всех здесь не хватит. Кому же это достанется??" Это менталитет той местности, где живет малое дитя - дитя войны, болезней и голода. И здесь, с потерей скромной суммы денег и утратой немалой доли славянской чести, здесь заканчивается - пока - самая печальная история в мире.

Я рассказчик. Это мой единственный талант. Шерон Оулдз сказала миру: "Делайте свои дела, а я о них расскажу". Но, скажите ради Бога, кому мне рассказать? Да и как закончить? Я слышал, что в Библии сказано: "Что бы ты ни услышал, расскажи об этом в книге".

Так рассказать ли мне эту историю в книге? Рассказать?


II
Нет большей жестокости, чем жестокость женщины к мужчине, который ее любит и которого она не любит...
Моэм, "Луна и грош"

Никогда в своей взрослой жизни Светлана не чувствовала себя комфортно и уверенно. Питание, медицинское обслуживание, счета за коммунальные услуги - большей частью она кое-как перебивалась. Ее друзья жили лучше. Она была гордой. Сама, без пристойного мужа, воспитала дочь. Очевидно, что она жила на маленькую зарплату, за счет своей смекалки, поддержки друзей и коллектива. Однажды ей удалось съездить в дешевый круиз по Средиземному морю, и годы спустя она все еще часто о нем вспоминала. Субъективно, если не объективно, ее жизнь порой, возможно, была немного похоже на этот мрачный отрывок из "России" Чиплера, (1983).

"Один тридцатилетний москвич, женатый восемь лет и все еще живущий с матерью и ребенком в тесной квартире, сказал мне, что ему необходима своя собственная квартира, иначе они с женой просто сойдут с ума. Но для того, чтоб иметь право претендовать на отдельную квартиру, ему нужно было предъявить заявление за подписью матери о том, что она не выносит его жену, и другое заявление за подписью тещи о том, что она не может терпеть его самого - короче говоря, письменные показания о том, что вследствие семейных трений они с женой не могут и шагу ступить, чтобы не поругаться. Под этим фиктивным предлогом сохранения семьи он попал в списки на кооператив и ждал много лет (своей очереди на квартиру). Затем ему пришлось уплатить 2.500 рублей за каждую комнату, что равнялось его восьмимесячной зарплате. "Двадцать лет назад" - говорит он - "жилищная ситуация была хуже. Вероятно, в Америке никогда ничего подобного не существовало. Коммунальные квартиры напоминали гостиничный коридор, куда выходили двери двенадцати комнат, в каждой по пять-шесть человек жильцов, нескончаемые споры о том, чья очередь сегодня подметать коридор. Приходилось полчаса ждать, чтобы попасть в туалет; ванну принять было невозможно; запахи стояли жуткие, потому что жильцы постоянно готовили, стирали; скрыться некуда. Это было не так уж плохо, пока все жили одинаково, но стоило вашему другу получить отдельную квартиру, а вам сходить ее посмотреть, как вы уже знали, что вам тоже нужна такая же квартира, и ничто вас не остановит. Это как сжатый газ. Пока баллон закрыт, он спокоен. Но стоит его лишь царапнуть, как весь баллон взрывается, и газ стремится занять гораздо большее пространство".

Баллон сжатого голода и желаний, которым оказалась Светлана, спокойно стоял на обочине дороги. Я его задел. Светлана взорвалась. Все было не так уж плохо, пока все жили одинаково, но теперь у друзей Светланы были уютные квартиры, красивые дома, удобства. Она знала, что ей нужен такой же дом. Ничто бы ее не остановило. Она думала, я богат. Я ее любил. Из-за этого все и произошло, этого было достаточно, чтобы повредить баллон. Светлана взорвалась.

Когда в апреле я приехал в Украину и обнаружил, что меня обворовали, в течение многих недель я воздерживался от вынесения приговора. Простая и страшная истина состояла в том, что я не смог поверить в то, что произошло и продолжало происходить. Это казалось совершенно нереальным. Нелогичным! Фитцджеральд сказал: "Отсрочка приговора - это вопрос безграничной надежды!" Я надеялся и продолжал надеяться. Хотя, большей частью, я глупейшим образом отказывался верить происходящему. Затем, наконец, - ДОВОЛЬНО! Возможно, она просто откровенная воровка. Возможно, она представляет собой психологический случай. Возможно, все это было ужасной ошибкой, возникшей вследствие культурного и языкового барьера. Неважно. По мнению моего адвоката, я ужасно наивен; возможно, она права. Но, в таком случае, всякая любовь - это порыв веры. И я по глупости рванул не туда..

Как я могу писать, испытывая такую боль? Есть ли в этом какой-либо смысл? Это кажется бессмысленным. Принимаю половину украинского валиума, чтоб уснуть. И четверть по утрам, чтоб смело встретить день. Вскоре, около 2.30, я перейду на водку. Екатерина составила документ на продление моей визы, в котором говорилось, что я работаю в Часловском интернате на добровольных началах. Я поделился с ней своими опасениями насчет того, что может произойти, если я просрочу визу. А она беззаботно спросила в ответ: "Сколько людей в США без паспорта и визы?" О Боже! Украина совсем другое дело, в Штатах вас просто вышвырнут вон!

Погода становится все жарче. Стресс от жары и Светлана провоцируют многочисленные симптомы моего склероза: утомляемость, раздражительность, тошнота. Мокрое полотенце, обернутое вокруг шеи, здорово помогает. Но в основном я чувствую себя ужасно. Светлана, как бешеная собака, с жестокостью выискивает малейшие недостатки во мне, насмехается надо мной и рычит, когда я трачу небольшие суммы своих собственных денег. Она ворует разные мелочи - и, с жалким очевидным намерением, - обвиняет меня в том, что я ее обворовываю! Она и правда словно помешалась. Это меня убивает…

Сегодня, первого августа, мне есть куда уйти, друзья предоставили мне комнату в своем доме. Но пока я должен оставаться на месте. Черт! По утрам у меня депрессия от 28-градусной жары и всей ситуации. У Светланы в квартире грязь, вонь, ее собаки лают день и ночь, ее дочь враждебно настроена по отношению ко мне. Туалет не работает. Воды большую часть времени нет. Тараканы, комары. В кафе я встречаюсь с одним другом, который тоже переживает депрессию. Но затем к нам присоединяется Кристина, преподавательница из Корпуса Мира, только что возвратившаяся с каникул и полная жизнерадостной энергии. Кристина здорово поднимает настроение! Вскоре нам всем становится гораздо лучше.

Светлана занята заполнением анкет на поездку в Таджикистан. Это проект городов-побратимов, разработанный Госдепартаментом США. Программа "подготовки руководителей" - но для Светланы это предмет призвания и гордости. Я стал говорить: "Бедная Светлана!" У меня все еще сохранились к ней любовь и симпатия, - но пойдет она не в Таджикистан. Она пойдет в Ад. А может быть, сперва…? Интересно, однако, что ее письменные ответы на вопросы анкеты показывают гораздо лучшее владение письменным английским и превосходное понимание человеческой психологии, чем она когда-либо проявляла передо мной. Когда же я ее спросил, она в принципе признала, что скрыла от меня свое знание психологии. Подумайте об этом.

Алена, милый друг, просит краткое изложение дела Б. Краткое изложение? Перечисленные через банк 25000 долларов были конфискованы. 3000 долларов наличными были украдены прямо из-под моего носа. Моя мать носила бриллиантовое обручальное кольцо все ПЯТЬДЕСЯТ ЛЕТ СВОЕГО ЗАМУЖЕСТВА. Светлана меня не захотела, но кольцо и кое-что из маминых драгоценностей взяла. Она украла одежду, крошечный термометр, книгу, фотографии и прочие мелочи. Прежде чем я смог подарить настоящее обручальное кольцо, я временно дал ей в знак помолвки греческую золотую цепочку, которую носил шестнадцать лет. Позже ее следовало вернуть. Она же отдала ее дочери. Спустя какое-то время меня можно будет выбросить вон за ненадобностью, а пока все, что у меня было, она считала своей собственностью. Даже если оно было ей и не нужно, она могла взять фотографии или любые другие мелочи, которыми я дорожил, и выбросить в мусор. Достаточно?

Алена действительно думает, что я абсолютно наивен. Стоит мне заговорить о любви, прощении или понимании, как она закатывает глаза. Она действительно очень выразительна, она чудесная женщина. В моем случае она видит обычное воровство и верит в преступление и наказание. Превосходно! Когда я вкратце упомянул о светлой и темной стороне в каждом из нас, она отчеканила: "У меня тоже есть темная сторона. Но я ее сдерживаю!"

Первую неделю августа я оставался в квартире Светланы только из необходимости. Давление нарастало; мне понадобились таблетки и алкоголь, развилась довольно сильная тахикардия. Начались боли в груди, но я не поверил, что это начало проблем с сердцем, я ведь не врач. И вот, вечер 7 августа стал последней каплей. Я написал в дневнике:

"Ни один писатель не смог бы вообразить и не осмелился бы придумать такое стечение обстоятельств, которое мне только что пришлось пережить. Вот почему Моэм предпочитает повествование от первого лица; я просто расскажу, что испытал.

Впервые за, вероятно, пятьдесят лет я стал перечитывать "Белый клык" Джека Лондона. Конечно, там речь идет о людях, собаках и волках; среди тех и других есть кроткие и дикие, здоровые и не совсем, кого используют и кем злоупотребляют. Я читал и уснул. Затем, ближе к полуночи, какой-то рослый молодой человек стал пинать дверь и ломиться в квартиру. На него только что напала собака Светланы, и, возможно, его щенок пострадал, потому что теперь он держал его на руке и орал. Он орал на меня. С его руки стекала кровь, он весь был в крови, кровь стекала по двери квартиры. Он так лупил ногами в крепкую деревянную дверь, что она покоробилась; позже замок будет закрываться с трудом. Кровь капала на меня, пока я оторопело стоял у открытой двери, - и временами огромная мужская рука оказывалась на моей шее".

К моему счастью, мужчина был трезв, и, в конце концов, согласился с тем, что не я владелец собаки. Излив свою ярость, через минуту-две он ушел. Хотя он и вел себя агрессивно, я не почувствовал реальной опасности только потому, что он был трезв. В доме его знали как хронического алкоголика, опасного в подпитии. Я рад, что он был трезвым. Собаки, истинной виновницы, нигде не было видно. Тома оставалась в укрытии до 9.30 следующего утра. Я читал "Белый клык" Джека Лондона, а час спустя меня чуть не разорвала разъяренная жертва Светланиной бойцовой собаки! А теперь что, прикажете ждать, пока он нагрузится водкой и разыщет меня? Нет! Утром Светлана сердито сказала, что ее собака кусает только плохих людей! Она проклинала пострадавшего, а затем напала на меня. А когда я сказал, что ухожу, она рассердилась. Пару месяцев назад она размахивала массивным ножом для мяса перед моим лицом. Я снова представил секач. "Ты не уходишь, - сказала она ледяным тоном, - ты остаешься здесь навсегда". Секач рубил воздух передо мной. Она не улыбалась. Стал ли я спорить? Нет, не стал. Впрочем, когда рано утром следующего дня я покидал квартиру, секач всплыл опять. Ему срочно требовался новый хозяин....

Я ушел и перевез свои вещи на квартиру своих друзей. Затем направился в тенистое кафе возле ужгородской синагоги (одновременно филармонии), где просиживал часами. Удовлетворение. Тишина, глубокая тишина, здесь и в моем новом доме. Я в здравом уме. В безопасности, за исключением мыслей о Светлане, которые всегда вызывали тревогу. Яркое солнце, … легкий ветерок с реки, что чуть дальше кафе. Прохладный ветерок. Покой. Мир замер в неподвижности. Сменив квар-тиру, я целый день не спеша гулял по городу. Однажды, в послеобеденной прохладе кафе, случилось еще одно из этих будничных, прелестных, сводящих с ума совпадений, что заставляет вас, если не верить в Бога, то хотя бы подозревать о его существовании. С магнитофона заведения лилось:

"Вчера…
Так легко было сказать… люблю
Я верю во … вчера.
Я стал иным человеком.
Я тоскую по вчера".

Это были интересные, хотя и несчастные четыре месяца. Я многое узнал. Написал несколько хороших рассказов. Ближе к концу начались боли в груди и тахикардия, и пришлось немного "нагрузиться" химией. Теперь это осталось позади, я правда чувствую себя вполне хорошо. Немного водки - и к пяти часам в кафе у синагоги мир выглядел почти потрясающе! Но затем - последний незначительный удар, последняя незначительная утрата. Дело в том, что Скотт Фитцджеральд употребил в одном из своих рассказов один из самых изысканных, невероятно прелестных оборотов, когда-либо придуманных человеком. Фитцджеральд говорил о "…серебряной россыпи звезд".

Это ужасно. Ужасно. Фитцджеральд сказал: "… серебряная россыпь звезд", и теперь ни я ни кто-либо другой не сможем воспользоваться этим снова. Это уже прошло… Прошло…
Вчера…
Вчера…


III

Ее хорошая сторона была просто чудесна. Затем оказалось, что есть и темная сторона. Я вошел в дверь под названием "Светлана" и это оказалось серией культурных, языковых и личных крушений. К августу, как я уже говорил, пелена наконец полностью спала с моих глаз. В квартире Светланы психопатология была повсюду. Она лихорадочно производила какие-то очередные закупки и бредила покупкой дома. Но я продолжал узнавать. Я узнал, например, что в мае, в санатории "Карпаты" нас видел директор одной из крупнейших коммерческих фирм. Говорят, он знал Светлану, и когда ему рассказали о моей судьбе, он заметил: "Бедняга". До чего забавно! Любопытно, что он имел в виду… А я ушел от Светланы.

Освободившись из тисков Светланиной квартиры, я расслабился и стал наслаждаться жизнью и ужгородцами. Мне посчастливилось найти обширный круг англо-говорящих друзей, круг, который, казалось, ширился и углублялся с каждым днем. Я воспрял духом, стал хорошо и долго спать. Жить хорошо! Через какое-то время, прогуливаясь по торговому центру, я увидел картину и радостно рассмеялся. Раньше в этом рассказе я описывал картину с изображением крупной и безмятежной золотой рыбки в верхней части картины - и недоумевающего котенка, свернувшегося клубком в маленьком аквариуме, в нижней части картины. В своей среде рыбка доминировала, котенок же был беспомощен. Это была идеальная метафора для Светланы, доминирующей в своей культурной среде, и меня, беспомощного, под водой. Так вот! Здесь, напротив того же магазина, была другая картина, фото с изображением котенка и золотой рыбки. Но маленький черно-белый котенок, довольно большой на фото, стоит над небольшим аквариумом. Он замер в воздухе, в своей среде. И он явно поглощен процессом охоты за золотой рыбкой, притаившейся на дне, но ее легко достать и она обречена. Рыбка еще в воде, но ее удел - быть съеденной.

Порой писатели говорят о "блокировке". Они не в состоянии писать. Я не верю, что существует полная "блокировка", что-то вроде кратковременного мозгового спазма. Проблема гораздо проще: я работаю над какой-то темой и что-то просится на бумагу. Оно имеет право первенства. Оно блокирует все остальное. Я должен дать ему выйти. То, что я хочу сейчас беспрепятственно высказать, я скажу и назову это вымыслом: я очень, очень сердит. Может быть, я найду двух прекрасных адвокатов. Один гражданским иском попытается вернуть все, что было у меня украдено. Это дело получит огласку. Другой будет адвокатом по уголовным делам, и откроет он дело в тот самый момент, когда моя дорогая воровка приобретет квартиру или дом на мои деньги. Ну, а если оба адвоката проиграют, и Светлана совершит-таки покупку, то этот дом станет нежилым в короткий срок. Коль скоро я делюсь с вами моей темной стороной, то позвольте рассказать историю о том, как после второй мировой войны французы поступали со своими женщинами, которые добровольно спали с немцами. Эти женщины были осуждены не как преступницы, но как совершенно потерявшие честь. В городках и деревнях французы срывали одежду с таких женщин, обривали их головы и водили по улицам.

К сожалению, я никогда не смог бы этого сделать. Будда и Дао говорят мне: "Не вреди и не причиняй боли". Я пытался, довольно успешно, прожить жизнь, никому не вредя и не причиняя боли. Я пытался… Сам того не желая, я нередко ранил других - я ведь не бесчувственен - но последний раз я сознательно причинил боль в 1945 году. Я повторял про себя: "Не вреди и не причиняй боли". А затем я с радостью вспомнил эти слова Эмиля Золя: "Если вы спросите меня, зачем я пришел в этот мир… то я вам отвечу: я пришел, чтобы жить во всеуслышание". Я скажу вам во всеуслышание во что я верю. Воровство Светланой денег может быть доказуемым преступлением, но для меня сущность всего происшедшего заключается в бесчестии, обычном бесчестии. Я никогда не вывезу ее в лес, чтобы обрезать длинные, до пояса, волосы и обрить ей голову. Никогда. Я не способен на это. Но, в течение нескольких недель после ухода из ее квартиры, я склонен был думать, что это было бы самым подходящим наказанием в мире.

Моя жизнь шла своим чередом, а до меня продолжало доходить все больше отзывов от друзей и знакомых Светланы. Одна женщина, ее близкая подруга, рассказала мне, что если бы прошлой осенью она знала мой номер телефона в Соединенных Штатах, она позвонила бы мне и сказала: "Не женитесь на Светлане, это ошибка!" А недавно, несколько дней спустя, следующий небольшой сюрприз просто упал мне в руки. Известная и успешная ужгородская художница, узнав о моих проблемах со Светланой, сказала, что знает, о ком речь. И спросила, хочу ли я узнать, какое русское слово лучше всего описывает Светлану, которую она знает? Да? И сказала: "Moshennitsa!" Которое переводится на английский как "мошенница", умная плутовка, использующая других для своей выгоды.

В действительности это дело тянется несколько месяцев и меня от него уже тошнит. Довольно! Я хочу его прекратить. Я мечтаю его прекратить! Я размышлял о значимости длинных волос в сексуальных культурах разных стран, я размышлял о том, как поступали французы в случаях крайнего бесчестья. Я размышлял о Светланиной гордости. И вот однажды вечером я глубоко заснул, и мне приснилось, что…

Голод и честь понятия несовместимые

Но это сон, сон...
Затем мне приснилось, что мой знакомый из мафиозных кругов случайно, может, в шутку, сказал мне, сколько стоит здесь убить человека. По заказу американца, предположительно богатого, - 15.000 долларов США. Теперь я сомневаюсь, стоило ли принимать этого человека всерьез, но я спросил:

- А сколько стоит вывезти женщину в лес и обрить ее голову?

А он ответил, смеясь:

- Я бы это бесплатно сделал. А зачем?

Когда я рассказал ему о деньгах, он насмешливо посмотрел на меня и произнес:

- Она уважаемая женщина и хороший вор, вы сами переслали ей деньги, и вы идиот! Я никогда бы ее не наказал.

Тогда я рассказал ему о бриллиантовом обручальном кольце моей матери, которое она носила пятьдесят лет. А теперь оно украдено Светланой.

- Хорошо. Это полностью меняет дело, это дело чести. Да, мы обреем ей голову, ради чести вашей семьи.

- Ладно. Если я не верну кольцо, я позвоню вам, чтобы вы сделали это.

- Ну уж нет. Это будет сделано через три месяца, считая с сегодняшнего дня, если вы мне не позвоните. Нам это в удовольствие.

Я уснул, и мне приснился последний сон. Мне снился "Закон ненамеренных последствий". В нем я не звонил своему знакомому, Светлану вывозили в лес и раздевали донага, обривали голову. Честь бы-ла спасена. Но затем ее стали оскорблять, она отбивалась, ей сломали руку. Теперь, в моей агонии, она больше не воровка и не мучительница, она снова та женщина, которую я любил больше, чем кого-либо. Я тоже состою из мрака и света. Я тоже причиняю боль. Я очнулся от своего сна. Я отозвал собак, стараясь избежать этой жуткой кармы. А затем я покинул Украину, и, увозя с собой свое отчаяние, поспешил в Стамбул в объятия своих друзей.

"Только часть нас духовно здорова, только часть нас любит радости жизни и долгие дни счастья хочет дожить до девяноста лет и умереть с миром, в доме, который мы построили, который приютит тех, кто придет после нас. Другая же половина - близка к помешательству" (Ребекка Вэст, "Черный агнец и серый сокол", ст. 1102).


Сенди МакКалог


Пiд бiльшовицьким корбачем

До питання про крайову літературу за радянського режиму (1944-1991) Поза всяким сумнiвом до поняття "крайова лiтература" слiд би додати означення типу "спуски" й "пiдйоми" чи "магiстралi" й "серпантини", зрештою, "парадокси" i "метаморфози" все тiєї ж безталанної крайової лiтератури. Бо вона останнього пiвсторiччя, як i назагал останнiх двох-трьох сторiч, сповнена тяжких перевалiв на "магiстральному шляху" метаморфоз i парадоксiв, що їй пiдки-ду-вав тогочасний момент. Лiтературний рух краю нерiвний, серпантинний. I хоч патрiотично налаштованi краяни звикли радiти й малим, дрiбним успiхам, та задiянi тут скоріше емоцiї, анiж рацiо. Не применшуючи ролi крайового лiтера-тур-ного поступу ХIХ сторiччя, з якого виринув Олександр Духнович, 200-рiччя якого внесено до Календаря ЮНЕСКО, набутки нашi надто скромнi як тодi, так i тепер. Жоден краянин не вирвався на обшири свiтового красного письменства. Тим паче надто трагiчним було останнє пiвсторiччя крайової лiтератури - за радянського ре-жиму з його бiльшовицькою iдеологiєю. Раптовий мороз знищив майбутнiй врожай За цей час такi крутi повороти зазнав лiте-ратурний процес, що, здавалося, вибiжить з творчої колiї взагалi. Бо з благодатного клiмату Карпатської Пiдкови, коли десь проривалося зело, повiривши сонячнiй днинi, раптом грянув мороз, навiть без попереджувальних примороз-кiв, пiдкосив майбутнiй урожай пiд корiнь - що було чекати i на що сподi-ва-тися у тих 40-х, 50-х, 70-х i 80-х роках?! То-та-лiтарний режим з його псевдоплановою економiкою, що руйнував особистостi, нiвелював тради-цiї, душив новаторство, тяжким каменем лiг на крихкi плечi творцiв краси, ро-мантикiв i мрiйникiв лiтературного поля. Раптом те сонце, яке чекали кар-пат-ськi ро-мантики зi Сходу у своїх вiршах, новелах, публiцистицi, творчих розмовах у ка-в'яр-нях i читальнях за європейською традицiєю, наразi стало чорним, кривавим, неясним... Розвиток лiтературного процесу в кожному разi пiдпорядковується внутрiшнiм законам. Вiн не накладається на межовi чи дрiбнiшi вiхи iсторiї, якщо це навiть Друга свiтова вiйна. Скорiше членування лiтературного процесу, орiєнтоване на рiз-но-великi iсторичнi вiхи, є зручним i вже усталеним. У даному часовому вiд-тин-ку вiйна мiж державами - це не обов'язково вiйна в лiтературi, якщо навiть якийсь фотографiчний вiдбиток i потрапляє в по-ле зору заполiтизованих i актуа-лi-зованих творцiв духовних цiнностей, якi за воєнного часу мають моментальну цiну. Правда, такi вiйни, до яких прикладено слово "свiтова", як Перша чи Друга, спричиняють i подiл та передiл свiту. Наслiдки цих воєн у полiтичному, господарському i культурному життi лiтературно таки вiд-лунюють. Зрештою, сильнiша держава чи держава-переможниця має можливiсть тиражувати своїх письменникiв, вiдтак диктувати чи нав'язувати свiтовi свої уявлення про естетичнi цiнностi, подавлювати на свiй погляд вузьконацiональне. Це трохи iнше, анiж буквально естетичний диктат. Свiтова практика свiдчить, що i малi, нечисленнi народи можуть висунути з-межи себе колосальнi таланти. Приклад тому -минулосторiчна Галичина. Її маленький народ дав титанiв художнього слова Iвана Франка чи Василя Стефаника, якi на тривалий час визначили шкалу естетичних вартостей в красному пись-мен-ствi. Так, задовго до Першої свiтової вiйни i вже по нiй спалахнув розвiй модернiзму в образотворчому мистецтвi, лiтературi як на свiтових просторах, зокрема у Європi, так само i в Америцi, а також на теренах слов'янських держав. Вiд Уолта Вiтмена через Атлантичний океан до Василя Стефаника, тобто вiд американця до галичанина. I вiд європейця до європейця - вiд Пабло Пiкассо до Адальберта Ерделi, творчо життєвi межi яких майже збiгаються. У цей час мистецтво i лiтера-тура поривалися до високих абстрактних верховин, проторюючи дорогу європейському авангарду перших десятирiч ХХ ст. Проводиться скороспi-лий вiдсiв "придатно-го" вiд "непридатного" На теренах Карпатського краю саме перших десятирiч ХХ вiку превалювали дрiбнi таланти, якi готували грунт наступному поколiнню. Вiйна, Перша свiтова, обiрвала надiї. Та грунт зостався. Але, як завжди, по воєнному театру дiй грунт виявився засмiченим: у Зелених Карпатах насiялося солдатських декункiв та могильних горбикiв i кам'яних надмогильних знакiв. Це антиприродно. У таких умовах чи могла процвiтати лiтература, яка потребує озонного повiтря, бархату трав, як у Уолта Вiтмена - листя трави, чистих вод на перепадах i бистринах Карпатських гiр, синього неба. Воно появилося на обрiї через кілька десятирiч. Саме збиралося на цвiт, зав'язувався плiд. Саме проростали надiї. Вимальовувалася перспектива. Та ба! Ли-ха неспо-дi-ванка накрила своїм чорним смертоносним крилом крайовий лiте-ра-турний луг iз квiттям i травами. I та ж кра-йова лiтера-ту-ра, яка у 20-30-х роках за Чехословацької Републiки розгорталася в умовах демократiї i фактичної свободи слова, спиналася на ноги в усiх жанрах - вiд мо-бiльної поезiї, психологiчної но-ве-ли до епiчних жанрiв (поеми, повiстi, що проду-кувалися кiлькома потужними та-лантами), грунт забезпечувався i розвоєм лiнгвiс-тичної теорiї, що вела до виокремлення у слов'-ян-ському свiтi ще одного народу i вичленення його мови з потоку слов'янського безмежжя, розвивався також театр, що спонукував поступ драма-тур-гiї - як "сировини" для театру, по-дiуму, все налаштовувалося до гар-мо-нiйного спiвжит-тя. Бо в читальнях читалися книги, на сiльських сценах оживали герої i сюжети з довкiлля. У селах працювали драматур-гiч-нi гуртки, якi потребували актуальних i цiкавих одноак-тiвок. Зростали самодiяль-нi актори-самородки, зароджувалася iнтелiгенцiя, свiдома, на-цi-о-нальна. Зрештою, розвиток хорового мистецтва став мало не вiзиткою кожного села, принайм-нi рiвнинного. Творився природний розвiй професiйної культури на народному грун-тi, на народних джерелах. Iшов при-родний вiдбiр живучiшого, лiпшого, силь-нiшого. Численнi сiльськi осередки, якщо не крайової "Просвiти", то Общества Духновича, сприяли пiд-ви-щен-ню культурного рiвня населення, зокрема й глибинки. Розвиток шкiль-ництва материнською мовою, ет-нiч-не походження краянина з русинсько-рутенського кореня нi в кого не викликало сумнiв чи спро-тив. Весь процес нацiо-наль---но-го само-ус-вiдом-лен-ня йшов у фарватерi карпатської са-мобутностi, многоцвiт-тя, щиростi, безпо-се-реднос-тi. I ось, опинившись вiч-на-вiч iз новою владою, новим порядком, привнесеними на штиках, образно кажучи, за пiдтримки Калашникова, крайова культура, мистецтво i лiтература мовби миттєво завмерли, принишкли. Твор-цi традицiйних цiннос-тей, орiєнтованих на своє народне джерело, раптом стали шокованi, зупиненi в посту-пi, ошелешенi. Чому все "старе", своє оголошу-ється вiдсталим i непотрiб-ним, вiджилим i навiть шкiдли-вим? Адже воно не суперечить дiдiвськiй (традицiй-нiй) моралi, естетицi. Чому церковнi канони i благочестя пiдмiнюються безчестям? Чому десять заповiдей стають об'-єк-том лайки? Насаджена нова влада незаконно укрiплюється на теренах кар-патської оселi. Проводиться скороспi-лий вiдсiв "придатного" вiд "непридатного", на погляд непрофесiйного цiнителя у вiй-ськовiй шинелi. Форсованим темпом i всi-ма наявними в арсеналi засобами йде пе-ре-орiєнтацiя на новi цiнностi, вже соцiа-лiс-тичнi, радянськi за так званими "змiс-том i формою". З пестуваних ревнителями красного письменства численних сiль-ських читалень-бiблiотек вилучається як непотрiб вся довоєнна лiтература. Нато-мiсть завозиться з Радянської України "но-ва". Рахiвська картонна фабрика, вiдтак, працює кiлька повоєнних лiт на "сировинi" народних крайових бiблiотек i наукових центрiв, "старих" пiдручниках. Все старе, на погляд нової влади, не годиться. I вiдтодi аж досi чужа Алла миє руки милом у букварях, що годi зрозумiти верховинському хлопчиковi. А щоб пришвидшити процес нiвеляцiї, знекровлення мiсцевої культури, мистецтва й лiтератури, в новоутворену й перетворену з автономної республiки Закарпатську область направляються "новi" кадри для пiдсилення i укрiплення нав'язуваного нового ладу життя i господарювання, освiти i культури. Саме в гуманi-тар--них сферах це вiдбилося найнегатив-нi-ше. Крайова лiтература i досi носить шрам на обличчi, завданий тими кадровиками, як правило, безталанними жур-на-лiстами, що за всяку цiну хотiли стати письменниками, або й "письменниками", якими подiлилися з Закарпаттям схiднi й центральнi областi (краще б не дiлилися), бо це були люди невисокого iнтелекту i таланту, вже сформованi свiтоглядно совiтами якi шукали тут "легкого хлiба", заробiтку, обiймали ключовi посади, власне, посади вже тут на них "чекали" як винагорода за поклик осiсти тут. ... I зачастили делегацiї культурних дiячiв Шок мiсцевої iнтелiгенцiї, вихованiй на свiтовiй класицi принаймнi кiлькох європейських держав, на класичнiй фiлософiї, на модерному мистецтвi, був пiдси-ле-ний i розгнузданими дiями СМЕРШу, коли чеснi й щирi краяни оголошувалися ворогами народу, радянської влади й вiдправлялися в ГУЛАГи - для освоєння радянських Пiвночi та Сибiру. Туди ж слiдують угорцi, шваби (нiмцi) лише за те, що угорцями i нiмцями є за нацiональ-нiс-тю... Нечуванi та небаченi досi в краї спiшно сформованi репресивнi трiйки-трибунали без слiдства i суду виносять вироки. I чи дивно, що близько 90 % творчих iнтелiгентiв просто змовкають i вiд-хо-дять у тiнь вiд творчих справ, якщо вижили, уникнувши ГУЛАГу. Вони безповоротно вiдходять вiд творчостi, волiють учителювати у глухих вiддалених селах i присiлках свого краю, щоб "сховатися" вiд всюдисущого i всевидющого ока НКВС, приспати пильнiсть тих чи просто пристосуватися, не дратувати, якщо лише й створити iлюзiю лояльностi. В цьому також виявляється мирний, пристосовницький характер корiнних письменникiв та iнтелiгентiв. Друга половина 40-х та 50-тi роки - це глибоко трагiч-нi роки для крайової творчої iнтелiгенцiї. Атмосфера задушлива, час сповнений парадоксiв i метаморфоз. Нещирiсть, пiдозрiлiсть, цензура, доноси - це те нове, що дали краєвi "схiд-на" допомога кадрами i взагалi новий порядок. Таким був, на жаль, стартовий момент повоєнної лiтератури Закарпаття, що розтягнувся на кiлька десятирiч поспiль. Вiн дав помiтнi негативнi плоди упродовж довгого наступного пiвсторiччя. Вiдразу у краєвi почалися пленуми i наради бiльшовицької партiї, на яких дуже часто руками самих мiсцевих кадрiв пророблялися iнакомислячi чи старi iн-те-лiгенти. Пригадується один із таких пле-ну-мiв, де молодий Юрiй Гойда критикував гнилий Захiд i його ужгородських апо-логетiв - художника Адальберта Ерделi, композитора Дезидерiя Задора, письменника Федора Потушняка. Звiдси й зрозу-мiло, чому однi вмирали у вiцi плюс-мiнус 50, iншi вiд'їжджали до Львова, Києва, щоб заховатися... Третi змовкали чи вiд-хо-дили в тiнь. Потому загадковою смертю вмирали й тi, чиїми руками творилося це iдеологiчне калiцтво чесних i чистих людей, що стояли, зрештою, поза полi-ти-кою, але були майстрами своєї справи. Та не це було головним. Одних застрашували, iнших пригортали, а всiх прицiльно знищували, пiдрубуючи корiння. Вiдчуваючи чи, точнiше, передчуваючи близьку трагедiю мiсцевої iнтелiгенцiї, професор Петро Лiнтур спорядив до Москви "православну делегацiю" з метою через Московського патрiарха домогтися прийому в Кремлi, аби поставити питання про утворення Карпаторуської Радян-ської Автономної Республiки. Але ця iдея не пройшла, хоч i була настiльки реальна, наскiльки i нездiйсненна. Поки що в архiвах лежали сталiнськi установки про Закарпатську Україну i неафiшованi переговори з Чехословаччиною про Пiдкар-патську Русь. Документи будуть розкритi вже саме за часiв незалежностi України, розпаду iмперiї СРСР. Про це багато написано в науковiй i популярнiй лiтературi. Питання освiтлене всебiчно. Одне слово, завойовниковi Сталiну, генералiсимусу потрiбен був плацдарм для наступу на Європу в перспективi. Вiдразу по так званому визволенню i возз'єднанню Закарпатської України з Радянською до краю зачастили офiцiйнi делегацiї з Києва, Москви, у складi яких - провiднi українськi громадськi та куль-тур-нi дiячi, зокрема Павло Тичина, Юрiй Яновський, Юрiй Смолич, Максим Риль-ський, Микола Бажан, Петро Панч, Олександр Корнiйчук, Степан Крижанiвський. Павло Тичина по свiжих слiдах напише генiальний вiрш "Будь здорова, будь здорова, Закарпатська Україно!", Максим Рильський - "Карпатськi октави" з фi-ло-софським ухилом. Майже кожен пись-мен-ник залишить дорожнi нотатки. Можна сказати, що делегацiя змiнює делегацiю. Приїжджають згодом i Михайло Стельмах, Iрина Вiльде, Олесь Гончар, Борис Буряк, Любов Забашта, Семен Скляренко та iншi. Зараз ясно, що, окрiм освоєння "нової теми" (Агата Турчинська, Петро Козланюк напишуть романи на "закарпатському матерiалi"), цi делегацiї мали на метi конкретнi цiлi українiзацiї краю, пiдтримку лiтературних талантiв. Десь тут i зав'язувалися майбутнi долi ужгородських прозаїкiв - Iвана Чендея, Михайла Томчанiя. Пiдтримка журналом "Огонёк" одного оповiдання останнього визначила на все життя його лiтературну долю... (Продовження буде). Володимир Фединишинець, член Нацiональної спiлки письменникiв України


Не пийте сире молоко - невідомо чим захворієте


Тепла пора року, особливо літня, завжди вважався найнебезпечнішим пері-о-дом з точки зору зростання захворюваності на гострі кишкові інфекції. Так, за 5 місяців цього року по Ужгоро-ду зафіксовано 4 випадки дизентерії, з них 3 у дітей, 12 - гастроентероколітів встановленої етіології (з них 7 у ді-тей), не вста-новленої - 3 (2 у дітей), 6 - сальмо-нельозу (3 у дітей). Лише за травень зафіксовано 5 випадків захворювань на гастроентероколіти встановленої етіології (1 - невстановленої), 5 захворювань на сальмонельоз (з них 2 у дітей), також 1 дитина захворіла на дизентерію. За даними епідеміологічних обстежень, захворювання спричинили продукти харчування, придбані на ринках міста (по вул. Заньковецької, Бєлінського, пл. Корятовича). Серед них ковбаса домашня, тюлька маринована, яйця, майонез. Захворювання на сальмонельоз спричинили яйця, вживані у сирому вигляді, тістечка домашнього випікання, молоко, яке не пройшло термічну обробку. Згідно з Законом "Про ветеринарну медицину", харчові продукти, що реалізуються на ринках, мають проходити щоденний лабораторний контроль ветеринарної служби при ринках. Також усі продукти рослинного походження повинні проходити лабораторний контроль на вміст нітратів. Купуючи овочі, фрукти на ринках необхідно вимагати від продавців дані лабораторних досліджень, оформлені у вигляді офіційного бланка з підписом, печаткою, номером та датою, де зазначені концентрації нітратів з висновком про безпечність продукту. Зацікавленими у забезпеченні та захис-ті здоров'я повинні бути не тільки контролюючі служби, а й всі ми. Тільки в такому разі можемо бути впевнені, що не завдамо шкоди своєму здоров'ю та здоров'ю близьких. Т. Деяк, лікар-епідеміолог СЕС м. Ужгорода, О. Пономарьова, зав. токсикологічною лабораторією облСЕС P. S. До речі, абсолютно "чистих" ово-чів на українських ринках не буває. Можна навіть не сумніватися, що табличка "Ніт-ра-тів нема", яку останнім часом люблять вис-тавляти на видному місці ринкові торговці, насправді - звичайна приманка. Нітрати є, питання лише в тому, скільки їх. Найбільше нітратів містять тепличні овочі, завезені з Туреччини. Найменше - у вирощених при-ватниками, тобто селянами, під від-кри-тим небом. Причому, купуючи овочі й фрук-ти, по-цікавтеся у продавця, коли збирався врожай. Мінімальна кількість нітратів спос-терігається увечері, вночі й вранці.

Почему вовремя не оплачиваются коммунальные услуги?

ЛИСТ У РЕДАКЦІЮ Мы часто слышим об экономном расходовании электроэнергии, воды, газа и прочего богатства нашей страны. Но, как ни странно, этому мешают коммунальные службы нашего города, которые по долгу своей работы призваны контролировать расходование энергетического богатства. В этом утверждении мы, жильцы первого подъезда по ул. Минайской, 9, убедились еще осенью, в начале отопительного сезона, когда по поводу неисправности системы отопления мы с заявлением обратились в наш "ДОБРОБУТ" (ЖЭК № 4) к госпоже Н. А. Рубиш. Так как наши попытки не нашли должного ответа, мы были вынуждены почти месяц отапливать наши квартиры электрообогревателями. Для решения вопроса о снижении оплаты за недостаточное обеспечение теплом в соответствии с Правилами отпуска тепловой энергии мы обратились к начальнику Ужгородской теплосети господину А. В. Доценко (вх. № 2385 от 28.11.01), чтобы он направил комиссию для обследования режима отопления в квартирах нашего подьезда. Однако комиссии мы так и не дождались... Вы, уважаемые читатели, очевидно, спросите, зачем ворошить старое, вспоминать плохое в наше и так непростое время? А дело в том, что злоключения наши на этом не прекратились. Новая волна экономии электроэнергии прошла, когда с середины апреля по сегодняшний день в двух квартирах восьмого и девятого этажей из-за неисправности, скорее аварийного состояния крыши, на головы жильцов полилась вода: почернели от влаги стены, по которым в квартиры поступают электричество и телефонная связь, обваливается штукатурка в квартирах и у входных дверей, пришедшие в негодность от влаги двери просто не закрываются, отклеились обои, пришли в негодность ковровые покрытия, а испорченное настроение в праздники?.. И снова мы включаем электрические обогреватели, чтобы все просушить, что еще подлежит восстановлению, чтобы просушить стены во избежание замыкания электропроводки. Однако всего этого можно было избежать, так как еще 13.04.02 мы отправили просьбу о ремонте крыши (вх. № 48с, приняла В. Сокол). Затем наши просьбы повторились (вх. № 53с), однако как и прежде оставались одни обещания и заверения о начале ремонта. Даже обращение по по-во-ду составления акта об аварийном сос-то-янии крыши и нанесенном нашим квартирам ущербе остались неуслышанными. И если раньше мы платили вовремя за квартиру, отопление, свет, то сейчас, отстаивая собственное достоинство не самым лучшим образом, но ощутимо для коммунальных служб, мы просто перестаем вовремя платить за то, что унизительно выпрашивалось, предоставлялось с опозданием, не лучшим образом, хотя по долгу своей работы этим призваны заниматься указанные выше службы, кстати, за наши деньги, уважаемые домовладельцы и квартиросъемщики. Почему мы, пострадавшие от бездеятельности ЖЭКа, Теплосети, должны платить за перерасход электроэнергии, за недополученное тепло, воду, за ненадлежащее обеспечение сохранности и использования жилых домов, жилого фонда? Почему мы сами должны восстанавливать, госпожа Н. А. Рубиш, свои квартиры, ставить новые входные двери, платить из своего и так не толстого кошелька за ваши должностные нарушения? Неужели только обращение в суд поможет решить эти горящие для нас сегодня вопросы? Хотя повышение юридической культуры дает нам эту надежду! Надеясь на государственный подход к делу и хозяйственность руководителей, мы часто заблуждаемся в своих ожиданиях, однако компенсировать унизительные условия жизни, за которые платим с избытком, по завышенным нормам, приходится порой не самым достойным образом, но и молчать - это значит оскорблять собственное достоинство. Может, стоит пойти по новому пути, когда руководители вышеназванных служб будут платить за нанесенный квартиросъемщикам ущерб из своего фонда заработной платы? Жильцы I подъезда дома по ул. Минайской, 9

Таблетоманія Ліки: користь чи шкода?

Наталія Логойда "РІО" n Що робити, коли болить голова, шлунок, серце? Звичайно ж, випити таблетку! Так думає і робить більшість з нас. Якщо людина не п'є таб-летки, то вона явно "хвора" Ліки - основний, так би мовити, "ін-струмент" лікаря при вирішенні найважливішого завдання - відновлення здоров'я пацієнта. Перелік лікарських препаратів щороку поповнюється все новими й новими засобами. Але лікарські засоби - далеко не безпечні речі. Вони приносять користь лише тоді, коли їх правильно вживають. Так, за словами Євгена Мазуренка, генерального директора Закарпатського обласного виробничого об'єд-нання "Фармація", нещодавно ВООЗ провела дослідження і встановила, що близько 10 % госпіталізацій пов'язано з неправильним призначенням ліків. На жаль, помилкове призначення ліків може стати причиною тяжких ускладнень, а інколи й летальних випадків. Останні дослідження показали, що невинний парацетамол може стати причиною розвитку фульмінантного гепатиту, що призводить до смерті. В Англії парацетамол є причиною 52 % випадків цього фатального виду гепатиту, в Іспанії - 42 %. За даними американських соціологів, у США від медикаментозної хвороби щорічно вмирають 30 тис. осіб. Це не означає, що від ліків потрібно відмовитися. Адже саме сучасні препарати дають можливість лікарям вилікувати пацієнтів від багатьох захворювань. Коли ліки - отрута Арсенал лікувальних препаратів безупинно поповнюється. Водночас з цим виникають проблеми, пов'язані з можливістю побічного негативного впливу ліків на організм. Часом засоби, які застосовуються для профілактики і лікування тієї чи іншої патології, сприяють розвитку іншої хвороби - медикаментозної. У книзі Роберта Мозера "Хвороби прогресу в медицині: навчання про ятаргенні хвороби", що вийшла у світ ще в 1969 році, описується понад 5000 прикладів побічної дії сотень ліків і медичних процедур. Лікарі стверджують, що безпечних ліків і процедур немає, і побічний ефект може викликати будь-який препарат. Так, існує цілий список лікарських засобів, здатних викликати уроджені каліцтва (алкалоїди, деякі протипухлинні ліки, сульфаніламіди, хінін, тетрациклін тощо). Тому під час вагітності до лікування захворювань необхідно підходити дуже обережно. На виникнення побічних дій при прийомі того чи іншого засобу можуть впливати різні фактори: індивідуальна непереносимість, вік, їжа, стрес підвищують ризик виникнення небажаного ефекту. Особливо часто побічні дії виникають у людей похилого віку (у них процеси всмоктування, розподіл і виведення лікарських речовин з організму перебігають менш активно). Вплив препаратів на дитячий організм також має свою специ-фіку. Так, швидшому всмоктуванню ліків сприяють висока проникність мембран кишечника, рецепторна чутливість, а також недостатня активність процесів знешкодження лікарських засобів тощо. Тому "медикаментозна атака" на організм дитини може викликати порушення слуху, зору тощо. Побічний ефект іноді виникає через передозування ліків. У першу чергу негативні наслідки викликають препарати, терапевтична концентрація яких близька до токсичної. До таких належать гента-міцин, новокаїнамід, а також засоби, що мають здатність накопичуватися в орга-ніз-мі (наприклад, препарати наперстянки). Особливо обережними потрібно бути людям, котрі страж-дають на захворювання нирок і печінки (органи, які ви-водять ліки з організму). Ще одним негативним наслідком безконтрольного застосування ліків є їхній вплив не тільки на організм, але і на показники лабораторних досліджень, через що буває складно поставити правильний діагноз і призначити відповідне лікування. Лікарський коктейль Надходячи в організм одночасно, одні ліки можуть послабляти або підсилювати дію інших, а також утворювати токсичні речовини, у тому числі кан-церогени. Тому ризик виникнення ускладнень при при-йомі кількох медикаментів істотно зростає (при прийомі трьох препаратів побіч-ні дії виникають у 18 % випадків, а п'яти-шести - у 81 %). Наприклад, нестероїдні протизапальні препарати (аспірин, бутадіон, індометацін, ібупрофен) у поєднанні з деякими антиаритмічними засобами з малотоксичних перетворюються у ток-сичні. Прийом несумісних ліків нерідко стає причиною розвитку патології. Так, еу-фі-лін у сполученні зі серцевими глікозидами послаблює діяльність серця й обу-мов-лює розвиток аритмії. Взаємодія йоду і лікарських засобів, що містять чоловічі і жіночі статеві гормони, може викликати атрофію статевих залоз. Пероральні контрацептиви, прийняті з клофеліном, спочатку знижують, а потім різко підвищують артеріальний тиск. Гентаміцин, взаємодіючи з фурасемідом, може призвести до появи фурасемідової глухоти. Остеопороз у людей літнього віку нерідко обумовлений вживанням снодійних (фенобарбітал), що виводять з організму ві-т-а-мін D. "Найнеобразливішим" побічним ефектом можна вважати послаблення одним лікарським препаратом дії іншого. Так, кофеїн знижує ефект левоміцетину, вітаміну В12- аміназину, інсулін гальмує дію глюкокортикоїдів. У результаті взаємодії глюкози (бромідів калію і натрію) з морфіном й іншими наркотичними анальгетиками, послаблєються болезаспокійливий ефект. Запивати чи заїдати ліки? Лікувальні препарати взаємодіють не лише один з одним, але і з харчовими продуктами та напоями, якими часом запивають ліки. Наприклад, кислі соки і газована вода підсилюють токсичність амідопірину і хлориду кальцію, сповільнюють всмоктування тетрацикліну. Молоко гальмує всмоктування тетрацикліну, ампіциліну. Небажане і поєднання деяких ліків з певними продуктами. Наприклад, жирна їжа послаблює дію фенілсаліцитату, неоміцину; овочі сприяють зниженню лікувального ефекту і швидкому виведенню з організму аспірину (саліцилатів), фенобарбіталу, фенілбутазону. А багата на вуглеводи їжа зменшує концентрацію тетрацикліну, ампіциліну, вітаміну D на 50 %! До речі, уживання кави чи кока-коли разом з антибіотиками може викликати подразнення слизової шлунка. А грейпфрутовий сік, що підвищує засвоюваність ліків, ні в якому разі не можна пити водночас із серцевими препаратами. Алкоголь чи ліки? Ця взаємодія у будь-якому разі небажана. Наприклад, при застосуванні транквілізаторів підсилюється гнітюча дія алкоголю на центральну нервову систему; неприпустиме сполучення спиртних напоїв з димедролом, супрастіном, антидепресантами, нейролептиками, снодійним. Уживання разом з алкоголем нестероїдних протизапальних препаратів призводить до подразнення слизової шлунка і може стати причиною кровотечі. Біоло-гічне перетворення парацетомолу в організмі на алкогольному тлі супроводжується утворенням токсичних речовин, здатних викликати важке ураження (некроз) печінки і гостру печінкову недостатність. Самолікування. Можна. Але обережно Як розповів Євген Мазуренко, основною характеристикою самолікування, за даними ВООЗ, є відповідальність хворого за своє здоров'я. Проте одразу ж потрібно наголосити, що приймати ліки, які не є у вільному продажу, без кваліфікованого контролю, у жодному разі не можна називати самолікуванням. "Приблизно з кінця 90-х років у всьому світі зросла увага паці-єн-тів до свого здоров'я, - каже Євген Миколайович. - Люди часто звертаються до провізорів за порадами, нерідко й самі вивчають ліки та призначають їх собі. Це легко можна зрозуміти й пояснити. До прикладу, сьогодні на світовому фармацевтичному ринку представлено 350 000 лікарських препаратів, із них понад 8 тис. зареєстровано в Україні. Щороку збільшується кількість препаратів на основі нових субстанцій. Часто лікарі просто не мають можливості й часу сприйняти всю цю колосальну масу інформації, а тому й проявляють "вимушений" консерватизм у питаннях фармакотерапії. Відповідно досить грамотна та вимоглива до свого здоров'я людина, яка не має вільного часу, звертається до працівників аптек, обминаючи лікаря. На сучасному етапі розвитку фармацевтики фахівці називають кілька позитивних моментів самолікування. І насамперед, це зростання загальноосвітнього рівня населення, тобто, люди хочуть якнайбільше знати про можливості сучасної медицини та вико-рис-товувати їх. Також еконо--мить--ся час населення, його гро-ші та кошти держави, зменшу-ється навантаження на ліка-рів-. Безперечно, самолікування у жодному разі не можна розглядати як альтернативу лікарському лікуванню. Більше того воно повинно мати свої межі, особливо там, де картина захворювання та його причини незрозумілі для непрофесіонала. При виникненні навіть найнезначніших сумнівів щодо хвороби та її лікування потрібно відвідати лікаря. І, зрозуміло, якщо хворому не вдається одужати протягом двох-трьох днів, звернення до спеціаліста обов'язкове. Водночас є й негативний бік самолікування. Тобто існує ризик невчасного звернення до лікаря і, внаслідок, можуть виникнути ускладнення чи побічні дії при вживанні ліків. До прикладу, хворий, який займається самолікуванням, не повинен забувати, що часто разом пероральним прийманням антибіотиків потрібно вживати препарати, які нівелюють їхні побічні дії. Бо сильнодіючі антибіотики можуть викликати дисбактеріоз шлунка, а тому необхідно приймати й ліки, які відновлюють його флору. Окрім того, не варто при якихось незначних симптомах хвороби одразу приймати найсильніші антибіотики, бо потім, як виникне щось дійсно серйозне, з'ясується, що до цих ліків організм уже звик, а інших препаратів може просто не виявитися". Віч-на-віч з побічною дією ліків У 1967 році був створений Міжнародний центр ВООЗ з контролю за побічною дією лікарських речовин, який координує роботу Національних центрів. За його даними, частота ускладнень при лікарській терапії становить в середньому 10-12 %, а в деяких країнах - 30-40 %. Часто причиною побічних дій є неконтрольоване і неправильне засто-су-вання ліків. В основному негативний ефект мають нестероїдні протизапальні, антигіпертензивні препарати, лікарські засоби рослинного походження, гормональні препарати. Треба сказати, що побічні дії лікарських препаратів можуть бути різними. Основні ознаки виникнення побічного ефекту - головний біль, висип на шкірі, жовтяниця, сухість у роті, біль у підребер'ї, загальне погіршення стану. Прийом кортикостероїдів і аспірину може викликати кровотечі в хворих, котрі страждають виразковою хворобою шлунка, дванадцятипалої кишки й інших захворювань, що супроводжуються кровотечами. Такі препарати, як парацетамол, папаверин, андрогени, бутадіон, ібупрофен, левоміцитин, пеніцилін, сульфаніламіди, тетрацикліни, фенобарбітал, естрогени нерідко викликають ураження печінки, а глюкокортикоїди, гепарини, гормони щитовидної залози можуть сприяти розвитку остеопорозу. Серед ліків, що призводять до розвитку хронічного інтерстициального нефриту, "лідерами" є ненаркотичні анальгетики - ацетилсалі-цилова кислота, анальгін, фенацетин, індометацин. Аби не опинитися віч-на-віч з грізними побічними діями препаратів, краще довіряти їхній вибір фахівцям, що повинні врахувати всі нюанси взаємодії ліків і організму. І якщо ви самі собі поставили діагноз "застуда", то не поспішайте "виписувати рецепт" і безконтрольно отруювати себе ліками - краще дайте організму можливість перехворіти і самому перебороти хворобу. Адже, чим природніший шлях зцілення, тим він ліпший (правда, і довший). Разом з тим у період загострення хронічного захворювання прийняти рекомендований лікарем і уже випробуваний препарат просто необхідно. Загалом для попередження несприятливого результату хвороби вживати лі-карські препарати потрібно тільки за життєвими показниками. Чи знаєте ви, що: - ліки варто запивати 100 мл води стоячи, залишаючись у такому положенні протягом півтори хвилини; - тільки таблетки "під язик" не мають суворого часу прийняття, всі інші препарати необхідно вживати відповідно до вказівок лікаря чи інструкції; - препарати, які містять ферменти, приймаються одночасно з їжею, що містить ті речовини, на які діють дані ліки (навряд чи варто вживати ферменти, якщо ви поснідали лише чаєм); - лікарські засоби, що запропоновані для приймання до їжі, випиваються за 30 - 40 хв.; - ліки не можна приймати відразу після їжі; - ністатин, який призначають разом із антибіотиками для профілактики дисбактеріозу, необхідно не ковтати, а розсмоктувати під язиком, оскільки він руйнується шлунковим соком; - аспірин й інші препарати, що можуть впливати на стінки шлунка, краще розжовувати, бо таблетована форма більше подразнює слизову оболонку.